Журналисты Devby.io поговорили с беларуской, которая работала фронтенд-разработчицей во Львове и из-за войны переехала вместе с украинскими коллегами в Краков.
Маша* начинала карьеру разработчицы в Минске, а затем переехала во Львов. С 2021 года она работает на позиции Frontend Developer в крупной международной аутсорсинговой компании DataArt. Начинала в одном из украинских офисов, но с началом войны ее со многими местными коллегами релоцировали в Краков.
Украинский коллектив в Польше
– Думаю, среди моих коллег сейчас по-прежнему больше украинцев, чем поляков. Польские офисы компании появились позднее украинских, да и в целом в польских IT-офисах сегодня много релокантов из постсоветских стран. Хотя, конечно, есть у нас и поляки. Есть еще и беларусы, и россияне (до войны у нашей компании были офисы в России, а в Беларуси не было). Достаточно много и тех, и других, хотя меньше, чем украинцев.
Моя довоенная работа в Украине была очень комфортной. Даже комфортнее, чем в Беларуси. Мне кажется, что это было лучшее время в IT. Но это связано и с тем, что мой личный уровень как специалистки к тому времени вырос, я чувствовала себя увереннее.
Львовский национальный театр оперы и балета. Фото: Tuna Ekici, Unsplash.com.
Когда я, живя во Львове, в 2021 году устроилась на работу в DataArt, коллеги-украинцы в офисе были максимально дружелюбны и приветливы. Были там и беларусы, хотя в разы меньше. Я вспоминаю то время как счастливое.
«Будем ли мы разделять команды с коллегами из РФ и из Украины?»
– После начала войны и релокации в Польшу для меня отношения с коллегами особо не изменились. В компании запрещена какая-либо дискриминация, и я лично с таким не сталкивалась. Однако в общих чатах на вебинарах от кого-то из сотрудников могло проскочить что-то вроде такого: «Будем ли мы разделять команды на проектах с коллегами из РФ и из Украины, чтобы они не соприкасались?» Это было в 2022 году, когда люди еще были разгоряченными.
Но руководство ясно давало понять, что никакой дискриминации по национальному признаку мы не поддерживаем и таких практик не будет. Впрочем, именно по отношению к беларусам я такого и не слышала. Больше было неприязни в сторону россиян. Сейчас такого уже нет. Не так давно я работала с миксом коллег из трех постсоветских стран, и у нас была очень дружная команда.
Отношение ко мне как к беларуске со стороны руководства и коллег не изменилось. Руководство напротив, всячески помогало. Помогло с самой релокацией, поддержало бонусами из-за вынужденной релокации. За это компании большое спасибо. Информации, ресурсов, нужных людей, чатов – всего этого тоже было достаточно.
Краков. Фото: Piotr Rutkowski, Unsplash.com.
Я считаю, что не ошиблась с компанией в свое время, потому что слышала и об обратных ситуациях. Мой бывший парень работал в Украине в крупной IT-компании. Когда началась война, все государственные банки Украины заблокировали карты россиянам и беларусам, проживающим на территории Украины без постоянного вида на жительство. Они не могли снять деньги, вообще потеряли к ним доступ.
И в компании моего бывшего ему так и сказали: крутись как хочешь. Можем релоцировать тебя в Мексику. Мы рассматривали вариант с Грузией, но там у них не было офиса, и зарплату в Грузию они тоже выплачивать не могли. А в Польшу мы не релоцировали. Хотя в Польше офисы у них были, просто они были перегружены людьми.
Все это было очень нехорошо в нашей ситуации. Мексика нам не подходила, там у моей компании не было офиса. Я думаю, они могли бы как-то посодействовать, исходя из сложившейся ситуации. Оформить его в Польше как удаленщика, например… Но нет. На мой взгляд, они отнеслись так себе. Он потом вынужден был уволиться из этой компании.
Работа и война
– Не скажу, что с началом войны наша работа как-то принципиально изменилась. Разве что стало меньше проектов. Из-за всей этой ситуации клиенты не очень хотели работать с сотрудниками с постсоветского пространства, особенно если они находятся в горячих точках. Впрочем, я помню, что очень долго искала проект прямо после начала войны уже из Польши. Возможно, наложился кризис в IT в целом. В ковидные времена многих нанимали «про запас», и это тоже повлияло на ситуацию. Из двух факторов, уменьшивших спрос, война, возможно, даже не ключевой.
Сама война, конечно, повлияла на психику многих моих коллег. Я вот тоже тревожность словила, на антидепрессантах после всего этого. Но на работе это не должно отражаться. А иначе никак. Без продуктивности и роста не выжить в наше время. Чтобы справляться, стараюсь просто качественнее отдыхать и меньше читать новости. Мне кажется, что кому-то и работа помогает отвлечься.
Некоторые украинцы до сих пор работают из Киева. Да, они стрессуют, но справляются. Есть у нас один такой коллега, тоже фронтенд, и не могу сказать, что он непродуктивен. Хотя кто его знает, каким специалистом он был до войны. Наверное, еще круче.
Какого-то напряжения между беларусами и украинскими коллегами я не чувствую. Всё позитивно.
* Имя рассказчицы изменено по ее просьбе.
Перепечатка материалов CityDog.io возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.
